Мы же ещё не пробовали
Лера сама позвала давнего знакомого на свидание. Ей было трудно принять, что он не хочет даже попробовать. Через несколько дней она познакомилась с Артёмом, и их первая встреча прошла так легко, что они сразу договорились о следующей.
Глава первая
— А кто ещё пойдёт? — спросил Илья.
— Никто. Я думала, мы вдвоём.
Лера держала перед ним телефон с расписанием сеансов. Они стояли возле кафе, из которого только что вышли вместе с институтскими приятелями. Остальные уже разошлись, а Илья всё ещё застёгивал куртку. Она специально не стала спрашивать при всех.
— То есть я тебя на свидание зову, — добавила она, пока он не предложил написать в общий чат.
Илья поднял на неё глаза. Телефон между ними погас.
— Лер… Я не хочу встречаться.
Она сразу убрала руку, будто показывала ему что-то неприличное.
— В воскресенье не можешь?
— Я не про воскресенье. Мне с тобой хорошо общаться. Но на свидание — нет.
Он говорил негромко, и никто из проходивших мимо не обернулся. Лере всё равно захотелось отойти от освещённых окон.
В компании Илья часто садился рядом. Мог вспомнить, о чём она рассказывала неделю назад, прислать смешную фотографию по дороге на работу. Ему было двадцать четыре, на год больше, чем ей; они знали друг друга ещё по институту, но по-настоящему разговорились только этим летом. Лера долго ждала, что он сам предложит куда-нибудь сходить. Потом решила: какая разница, кто позовёт первым.
Оказалось, разница была хотя бы в том, кому теперь стоять с ненужным расписанием сеансов.
— Мы же ещё не пробовали, — сказала она. — Просто один раз сходить. Вдруг…
Илья чуть качнул головой.
— Не хочу обещать тебе, что это получится.
— Да я не прошу обещать.
Она услышала себя со стороны и замолчала. Ещё немного — и начнёт объяснять ему, почему с ней должно понравиться.
— Ладно. Не будем.
Илья открыл рот, но Лера уже показала на остановку:
— Мой автобус. Пока.
Автобус ещё только подъезжал. Она дошла до остановки слишком быстро, встала у края тротуара и до открытия дверей смотрела на белую полосу под ногами.
Дома Лера зачем-то снова открыла расписание. Фильм никуда не делся, билеты были. Она выключила экран.
Больше всего сердило, как быстро Илья ответил. Даже не задумался. Она успела придумать, где они будут сидеть после кино, что можно будет рассказать без чужих шуток и перебиваний, а он всё решил за несколько секунд.
В следующие дни ей несколько раз хотелось написать ему что-нибудь обычное. Проверить, станет ли отвечать так же, как прежде. Но подходящие фотографии и смешные сообщения неожиданно требовали слишком долгого выбора, и она ничего не отправила.
В среду Лера открыла приложение знакомств, которым не пользовалась всё лето. Поменяла старую фотографию, убрала из анкеты фразу, давно казавшуюся ей дурацкой, и полистала несколько страниц.
С Артёмом они разговорились о фильме, который оба недавно посмотрели. Ему понравился конец, ей — нет. Он не пытался переубедить её с первого сообщения, а спросил, на каком месте она решила, что всё испортили. Лера отправила длинный ответ. Потом ещё один, потому что вспомнила важную сцену.
Артёму тоже было двадцать четыре. К пятнице она уже знала, что он любит ходить пешком, забывает дома зонт и умеет на фотографии выглядеть гораздо серьёзнее, чем в разговоре.
«Может, продолжим спор за кофе?» — написал он.
Лера посмотрела на его фотографию, увеличила, вернула обратно.
«Давай. В субботу после двух могу».
Глава вторая
Артём стоял у входа в кафе без куртки, в сером джемпере. Куртку он уже оставил внутри, а сам вышел встретить её, чтобы она не искала незнакомое лицо среди столиков.
— Я хотел махнуть, но ты так решительно шла мимо, что засомневался, ты ли это.
— Я вывеску с другой стороны искала.
— Значит, не передумала?
— Пока только запуталась.
Он улыбнулся и придержал дверь. На фотографии у него была совсем другая улыбка, короткая и осторожная. Здесь он сразу стал больше похож на человека, который писал ей вечером, сидя на полу среди деталей нового стула: сначала собрал его, потом обнаружил под собой инструкцию.
За столиком Лера сняла шарф, положила сумку на свободный стул и вдруг не знала, куда деть руки. Артём тоже помолчал. По переписке они почти не оставляли друг другу пауз.
— Ну что, ты пересмотрел последнюю сцену? — спросила она.
— Нет. Я берегу своё мнение.
Лера рассмеялась, и разговор снова пошёл.
Через десять минут Артём уже пытался объяснить ей, почему герой фильма вернулся на вокзал. Лера доказывала, что тот вообще не должен был никуда уезжать, раз забыл дома папку.
— Папка была у брата, — уверенно сказал Артём.
— У соседа.
— Это был сосед?
Лера кивнула.
— Тогда я зря полфильма ждал, что они помирятся с отцом.
Она засмеялась так, что пришлось отодвинуть чашку. Артём достал телефон проверить актёров и ещё несколько минут не хотел признавать, что придумал герою лишнего родственника.
Потом они говорили о работе, о том, как трудно выбраться из дома, если уже переоделся в удобное, о книжном магазине возле Лериного метро. Она призналась, что иногда идёт туда за чем-нибудь взрослым, а зависает у детских книг, разглядывая картинки.
— Я тебе кое-что покажу, — сказал Артём.
Он нашёл афишу небольшой выставки книжной иллюстрации. На ней был нарисован красный трамвай, такой длинный, что его задняя часть не помещалась на экране.
— Там ещё эскизы будут. С исправлениями, пометками. Я на неделе увидел, собирался зайти.
Лера приблизила изображение.
— Ой, этого я знаю. У меня книжка была. Только там трамвай зелёный.
— Здесь, может, ещё не покрасили как следует.
— Перешли мне. Я хочу посмотреть.
Он отправил ссылку. Лера открыла описание, пробежала глазами список работ, задержалась на фотографии страницы, где один и тот же мальчик был нарисован в четырёх разных шапках.
— Давай вместе сходим? — предложил Артём. — В воскресенье через неделю. У меня вся вторая половина дня свободна.
— Давай. Мне тоже удобно.
Она ответила легко. Ей нравилось здесь сидеть, и выставка нравилась тоже. На телефоне было уже без четверти пять, хотя ей казалось, что они только что сели.
Когда принесли счёт, Лера перевела за свой кофе и пирог. Артём убрал телефон, и они вышли на улицу. До метро можно было свернуть сразу, но Лера предложила обойти сквер: после двух часов за столом хотелось пройтись.
Артём рассказывал, как однажды перепутал выходы со станции и долго искал собственный дом не с той стороны. Лера показывала, куда здесь удобнее пройти, сама сбилась и остановилась перед закрытой калиткой.
— Ну вот, — сказала она. — Всё, теперь я тебе верю.
Они вернулись к дорожке. Разговаривать было легко даже после того, как темы из переписки закончились.
У метро Артём ненадолго взял её за руку.
— Хорошо посидели.
— Да. Мне понравилось.
Лера улыбнулась. Его ладонь была тёплой. Она не отдёрнула руку, но и не захотела задержаться. Когда он отпустил пальцы, она поправила ремень сумки.
— Напиши, как доедешь, — попросил он.
В вагоне Лера стояла у двери и читала присланную афишу. Артём написал раньше, чем она успела выйти: нашёл подтверждение, что персонажи фильма всё-таки не братья, и теперь требовал вернуть ему два часа неправильного переживания.
Она отправила смеющийся значок. Потом написала, что почти дома.
Вечер получился хорошим. Лера сняла куртку, поставила греться чайник и снова посмотрела на его сообщение. Ей хотелось ещё немного поговорить о фильме. А представлять, как они снова идут вдвоём, как он приближается к ней у метро, — не хотелось.
Она расстроилась. До встречи всё было проще: нужно было прийти и посмотреть, понравится ли ей человек. Человек понравился.
Лера открыла афишу ещё раз. На следующую встречу она уже согласилась.
Глава третья
Утром Артём прислал ссылку на билеты.
«На следующее воскресенье к двум нормально? Я пока не покупал».
Лера сидела на кухне, поджав одну ногу под себя. Прочла сообщение, допила остывший чай, открыла календарь. Воскресенье было свободно. Ничего искать там не требовалось.
Она набрала: «Да, мне подходит».
Несколько секунд смотрела на эти слова. Артём обрадуется, выберет время, они снова встретятся. Можно ещё погулять после выставки. Можно узнать его лучше.
Лера попробовала представить этот день без необходимости потом решать, всё ли прошло достаточно хорошо. Просто увидеть Артёма, подойти к нему, продолжить вчерашний вечер. Желания не появилось. Ей было жалко обрывать разговор, который так удачно начался, но второго свидания она не хотела.
Она стёрла ответ.
«Артём, не покупай пока билеты. Я вчера согласилась, а сегодня понимаю, что не хочу идти на второе свидание. Прости, что поменяла ответ. Вчера мне правда было хорошо».
Лера прочитала сообщение дважды. Последняя фраза казалась одновременно нужной и самой неубедительной. Она оставила её: вычеркнуть хороший вечер тоже было бы неправдой.
Ответ пришёл не сразу. Пока ждала, она успела вымыть чашку и снова сесть на то же место.
«Жаль. Мне показалось, мы друг другу понравились».
Лера положила телефон на стол. Потом взяла обратно.
«Мне понравилось с тобой общаться. Но продолжать встречаться я не хочу. Не хочу, чтобы ты ждал».
«Понял. Спасибо, что сказала сейчас».
Она начала писать, что они могли бы просто общаться. Остановилась на половине предложения. Артём звал её на свидание. А ей сейчас очень хотелось, чтобы после её отказа всё равно осталось вчерашнее лёгкое внимание: утренний вопрос, смешное сообщение, человек, которому можно отправить фотографию по дороге.
Лера закрыла переписку, ничего не добавив.
Вечером он не написал. И на следующий день тоже. Она пару раз машинально проверяла телефон в то время, когда они обычно начинали разговаривать. Потом перестала ждать звука, но саму переписку не удалила.
В воскресенье через неделю Лера всё-таки пошла на выставку. Билет купила себе утром. У входа постояла, застёгивая сумку: пришла немного раньше двух.
В первом зале висели готовые иллюстрации, а эскизы оказались дальше, в узком проходе у окна. Лера сразу нашла мальчика в четырёх шапках. На большом листе был и пятый вариант, которого не попало в фотографию: шапка съехала ему на глаза, а сам он сердито смотрел из-под края.
Лера улыбнулась и потянулась за телефоном. Хотела отправить Артёму. Он бы наверняка что-нибудь придумал про пятого брата.
Она постояла с телефоном в руке, потом убрала его в сумку. Без собеседника смешная картинка немного потеряла в весе. Пришлось оставить её только себе.
На соседнем листе был тот самый трамвай — сначала зелёный, потом красный. Лера наклонилась ближе, разглядывая проступившие под краской карандашные линии.
Читайте также:
Этот рассказ — художественное произведение. Даже если в его основе лежит жизненная ситуация, персонажи, имена, диалоги и детали творчески переработаны и не описывают конкретных людей. Все изображения сгенерированы с помощью ИИ.
© «Чужая правда». Перепубликация текста без разрешения запрещена.